Без вины виноватые. Русские медсестры в больницах Северной Норвегии
Аналитика

Без вины виноватые. Русские медсестры в больницах Северной Норвегии

13 августа , 10:35Photo: origo.hu
Согласно рейтингам, страны Скандинавии считаются едва не самыми толерантными в мире. На примере одной из них медиаисследователь Сергей Климаков показывает, могут ли рейтинги ошибаться, а стереотипы «холодной войны» пересиливать профессионализм и ответственность.

На одной из норвежских дискуссионных онлайн-площадок недавно была опубликована статья Жанны Боге (Jeanne Boge) под названием «Русские женщины в Северной Норвегии не включены в сообщество» (Russiske kvinner i Nord-Noreg vert ikkje inkludert). Автор работает в Университете прикладных наук Западной Норвегии (Høgskulen på Vestlandet) в должности профессора сестринского дела магистратуры клинического ухода, занимается наукой, и представленный ею текст обобщает итог специального исследования «Мультикультурное сообщество персонала норвежских больниц: возможности и проблемы».

Вот основные выводы этого исследовательского проекта:

«В Норвегии иммиграция часто представляется серьезной проблемой, но при этом страна очень зависит от иностранной рабочей силы. На севере страны, в регионе Финнмарк, зависимость проявляется не в последнюю очередь и в секторе социального ухода. Весной 2017 года я интервьюировала медсестер в Финнмарке на предмет, каково это работать бок о бок с людьми других национальностей. И норвежки, и иностранки имели, в основном, позитивный опыт, пусть и с языковыми проблемами. Исключением являлись медсестры, родившиеся в России, у которых оказалось относительно много негатива. Мое собеседование с русскими по рождению включало работавших в различных больницах по 15-20 лет, свободно говорящих по-норвежски, выглядевших этническими норвежками, замужем за норвежскими мужчинами, с образованием и считающихся достойными специалистами. Тем не менее долгие годы они были маргинализованы, в первую очередь, на рабочих местах. Это мнение опрашиваемые подтвердили также про соотечественниц, не участвовавших в интервью. Действительно, медсестры норвежского происхождения согласны, что ряд их коллег плохо относятся к русским медсестрам.

Быть маргинализованным значит, что человека считают менее важным по сравнению с другими, считают посторонним, потому что ему не достает социального, экономического, культурного, и плюс символического капитала, являющегося универсальной валютой в соответствующей области.

Отношение к россиянам в Финнмарке – вообще особый вопрос. Исследования, проведенные в 1990-2000-х годах, показывают, что, хотя здесь наличествуют немало позитивных стереотипов о русских, негативные все же доминируют. Русские часто ассоциируются с мафией, проституцией, злоупотреблением алкоголем и малообеспеченными женщинами, которые выходят замуж за богатых норвежских мужчин, чтобы остаться в Норвегии.

Стереотип о проститутках из России сформировался после 1989 года, когда рухнул железный занавес, и предложения секс-услуг резали глаз на ТВ и в газетах​​. Однако, нужно быть аккуратнее, возлагая отрицательное отношение к русским женщинам-медсестрам только на этот стереотип. Возможно, повлияли сами условия исторического [рыночного] этапа, с другой же стороны – наложился негативный облик россиян, сформированный Холодной войной. [Тогда] политики с обеих сторон демонизировали людей по другую сторону границы, способствуя формированию позорных образов и предубеждений.

[Таким образом] секс-услуги, оказываемые русскими женщинами в Северной Норвегии в 1990-е годы, видимо, лишь подтвердили прежний плохой имидж россиян. Чему потворствовали политики и желтая пресса. И возможно, что медсестры-норвежки дистанцируются от профессионально сильных, свободно говорящих по-норвежски русских медсестер просто из-за отрицательного образа их родины. Фактор проституции совсем не объяснение, почему яркие, хорошо образованные русские женщины попадают в Финнмарке в группу самых непопулярных и маргинальных иммигрантов.

Скорее всего в ближайшие годы Норвегия будет дальше зависеть от иммиграции. И в сфере ухода – не в последнюю очередь. В этом контексте лингвистическое и специальное образование занимают центральное место, но приведенный нами пример доказывает, что этого недостаточно, поскольку сестринский персонал может быть маргинализован, даже если он хорошо интегрирован в норвежскую среду, свободно говорит по-норвежски и имеет хороший профессиональный опыт.

Норвежские СМИ публикуют чаще критику иммиграции, рисуя негативную картину. Но они же могут и помочь создать позитивные образы женщин-мигрантов в целом и женщин-мигрантов из России, например, фокусируя внимание на большой работе, проделанной опытными русскими женщинами в системе здравоохранения Северной Норвегии».

Таковы мультикультурные больничные наблюдения и рекомендации Жанны Боге. Примечательно, что они могут взволновать не только читателя из России, но и из самой Норвегии. В комментариях к статье у местных выплескивается раздражение, типа «никогда не слышал о данной проблеме», «с чего вы взяли?», и «явно перепутали нашу Северную Норвегию со своей Западной». Другие отмечают, что здесь проблема не трудовых взаимоотношений, а «загрязнитель более глубокий – этническая дискриминация», и ее необходимо обязательно решать медицинским руководителям. Кто-то помнит и историю: «Во время войны и некоторое время после нее Финнмарк жил доверием и надеждой на помощь со стороны России. Мы никогда не должны забывать о свободе, которую принесли советские войска, освободившие Киркенес 25 октября 1944 года. Может быть, система здравоохранения не выучила исторические уроки?»

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter