Who is mrs. Komarova?

Who is mrs. Komarova?

Who is mrs. Komarova?

9 апреля 2012, 12:09
Главное
Итак, губернатор ХМАО Наталья Комарова планирует стать федеральным министром. Слухи о том, что глава региона уедет «обратно в Москву», циркулируют по властным коридорам с завидной регулярностью, однако в этот раз они, кажется, ближе к правде, чем обычно. В связи с вероятным назначением отчет Комаровой перед депутатами Думы Югры, который она планирует сделать завтра, 10 апреля, не может не восприниматься как подведение итогов двухлетнего управления регионом. Проект речи губернатора, выложенный на сайте правительства округа, носит, как и полагается такого рода документам, бравурный характер. Муксун.fm самостоятельно проанализировал деятельность первого лица «нефтяного сердца» России.

О том, что Наталья Комарова может возглавить министерство энергетики РФ, вечером в пятницу сообщило агентство Reuters со ссылкой на четыре источника в Белом доме и Кремле. Пресс-секретарь премьер-министра Владимира Путина Дмитрий Песков отказался комментировать информацию о возможном назначении. В то же время ханты-мансийское информацонное агентство ЮграPRO со ссылкой на свои источники заявило, что Комарова может занять пост министра природных ресурсов и экологии РФ.

Станет губернатор ХМАО сменщицей Сергея Шматко или Юрия Трутнева, в контексте региональной политики не так уж и существенно. К тому же процедура назначения нового кабинета, как и большинство кадровых решений федерального центра, исключительно непрозрачна и сопровождается массой «сливов», попыток сформировать общественное мнение еще до назначения – поэтому воспринимать любые такие сообщения следует с осторожностью. Как бы то ни было, источники Муксун.fm в окружении губернатора подтвердили факт проведения Комаровой переговоров о назначении в федеральное правительство, хотя и отказались оценить их успешность.

Мы попытались подвести итоги работы губернатора за два истекших года. В случае успешного назначения Комаровой в правительство этот текст может оказаться полезным как будущим ее подчиненным, так и тому, кто займет ее место – из нашей статьи можно понять, что было сделано верно, и каких ошибок, напротив, в любом случае совершать не следует.

Кадровая политика

Наталья Комарова – не командный игрок. «Любой чиновник к отставке должен быть готов с момента назначения» - эта максима неоднократно озвучивалась ей публично и неуклонно претворялась в жизнь. Поэтому, вступив в должность губернатора два года назад, она не привела с собой в регион сколько-нибудь значительной команды (за исключением личного пресс-секретаря Елены Шумаковой). Впрочем, серьезного кадрового ресурса у нее, до этого бывшей депутатом Госдумы, и не было. Здесь легко можно противопоставить ей другого назначенца того периода, челябинского губернатора Михаила Юревича – придя на этот пост из исполнительной власти (Юревич был мэром миллионного Челябинска), он попросту пересадил сформированный годами аппарат из одного здания в другое – и тот заработал как часы.

Своих «часов» у Комаровой не имелось, а аппарат предшественника не годился: из-за скандального, навязанного сверху назначения никакой легитимности в ханты-мансийском «белом чуме» у губернатора не было. Поэтому сложившаяся при Александре Филипенко практически клановая система управления регионом подверглась принудительной ломке – посредством затяжной административной реформы. В новой схеме работы, казалось, преднамеренно были заложены аппаратные конфликты: так, служба, в чьи полномочия входил надзор за одной отраслью, оказывалась подчинена заместителю губернатора, курирующему совершенно другую сферу. Департаменты и управления были перетасованы так, что служащие и сами порой не понимали: кому подчиняются теперь. Можно также вспомнить принципиальную позицию Натальи Комаровой по выплатам сокращенным в ходе реформы чиновникам (право на эти деньги им пришлось отстаивать в суде), показную работу в выходные дни (и это в патриархальном Ханты-Мансийске, где право на воскресный отдых с семьей почиталось за священное) и т.д.

О кадровой чистке и говорить не стоит: изначально заявив, что массовых увольнений не будет, губернатор делом доказала обратное: из членов правительства относительно долго (около года) удержались в своих креслах лишь заместители губернатора Вячеслав Новицкий и Наталья Западнова, да и те – с чрезвычайно урезанными полномочиями.

Новыми же людьми система, выстроенная Комаровой, наполнялась с трудом. Например, заместителя губернатора, курировавшего вопросы экологии и КМНС, искали около года. Нередки были и отставки уже вновь назначенных чиновников: так, директор департамента общественных связей Антон Третьяков – уже четвертый человек на этой должности за два года, как и его коллега из департамента по управлению госимуществом Максим Шевченко.

При этом, например, экс-руководитель страховой компании «Югория» Владимир Волков продержался на посту «главного по имуществу» лишь два месяца. В правительстве до сих пор ходят упорные слухи, что причиной его отставки стали не столько профессиональные качества, сколько личный конфликт с губернатором. Не беремся судить об их достоверности, но точно можно утверждать, что стрессоустойчивость – полезное качество при работе с Натальей Комаровой, которая в обращении с подчиненными нередко проявляет жесткость.

Публичный имидж

В публичной сфере новоиспеченная глава региона совершала прокол за проколом. Судите сами: Югра – регион патриархальный, и все привыкли знать, где живет губернатор Александр Филипенко, чем занимаются его жена и дети. Придя к власти под аккомпанемент устойчивого слуха о муже-чеченце, Наталья Комарова не сделала ничего, чтобы его опровергнуть. Интервью, данное ей писателю Сергею Козлову полтора года спустя после назначения, где она заявила об «унизительности» таких слухов (тоже перегиб: неужто губернатор считает чеченцев людьми второго сорта?), оказалось запоздалой и недостаточной мерой. За два года ее пребывания в ХМАО жителям региона ни разу не были предъявлены – даже через подконтрольные власти СМИ – ни муж, ни две дочери, ни внук. Более того, эта тема была негласно табуирована – что, конечно, давало широкую почву для слухов. А ведь один сюжет на ОТРК «Югра» решил бы проблему раз и навсегда! Кем бы ни был преемник Натальи Комаровой на посту главы региона, самый простой совет, который можно ему дать: обязательно перевезти в Ханты-Мансийск семью, и не стесняться предъявлять ее общественности.

Другая общественная фобия, сопровождавшая назначение – слияние «тюменской матрешки». Неустанно опровергая этот слух, чиновники удивлялись его живучести. Но риторика Натальи Комаровой все это время носила рациональный характер. Губернатор говорила об аудите, оптимизации и прочих страшных для северного уха словах. Позвольте: но ведь русский нефтяной Север возник вопреки всему! Предельной оптимизацией для него стал бы вахтовый метод освоения. Ханты-Мансийск подчеркнуто нерационален: богатейший город без намека на производство, выросший посреди тайги и болот. Мечтатель Александр Филипенко, всерьез желавший построить на Самаровском чугасе – холмах из сыпучего песка – 250-метровый небоскреб, вписывался в местную ментальность гораздо лучше. Попытка говорить с людьми, отдавшими жизнь идее освоения Севера, рациональным языком оказалась плачевной: первые же социологические опросы показали, что люди попросту напуганы. Странно, что Наталья Комарова, которая большую часть жизни провела на Ямале, не учла этих последствий.

Даже плюсы, которые можно было извлечь из рационального подхода, остались неиспользованными. Например, Наталья Комарова легко могла бы покорить претендующий на столичность Сургут, который всегда был подчеркнуто скептичен к Ханты-Мансийску и Александру Филипенко – однако позитивные ожидания жителей в отношении нее продержались лишь до выборов мэра: продавив на эту должность вопреки ожиданиям городских элит ставленника «Сургутнефтегаза» Дмитрия Попова, новое правительство лишило себя той толики легитимности, которую город выдал ему авансом.

Национальная политика

К коренным малочисленным народам Севера Наталья Комарова отнеслась без особого пиетета. Департамент, занимавшийся их проблемами, не пережил административную реформу, заместитель губернатора по вопросам КМНС появился лишь год спустя, а председателем Думы Югры при протекции губернатора вместо ханты Василия Сондыкова стал русский Борис Хохряков. Теперь при молчаливом согласии правительства министерство юстиции РФ требует убрать квоту для аборигенов в окружном парламенте, а в недрах «белого чума» разрабатывается законопроект, передающий право заключения социально-экономических соглашений с нефтяными компаниями от родовых общин некоему окружному социальному институту.

Такое отсутствие пиетета понятно: во-первых, права коренных народов зачастую не просто входят в противоречие с федеральным законодательством, но и вовсе антиконституционны. Во-вторых, легитимность Натальи Комаровой не так тесно связана с суверенитетом ХМАО, как у ее предшественника.

Не стоит полагать, что КМНС для Комаровой вообще не существовало: нет, она уделила им достаточно большое внимание. По замыслу губернатора, аборигены должны были постепенно встраиваться в программы самозанятости, снимая с округа бремя социальной нагрузки – в том числе зарабатывая на этнотуризме. Но самозанятость для избалованных льготами, потерявших культурную идентичность коренных жителей не стала идеей фикс.

 

Куда более сложно обстоит дело с другим аспектом национальной политики – миграцией. По данным кафедры философии факультета социальных технологий Сургутского госуниверситета, процесс миграции в регионе сегодня негативно оценивают от 30 до 60% респондентов в зависимости от этнической принадлежности. «Мы постоянно проводим исследования, которые показывают, что не только в Сургуте, но и в других городах округа растет напряжение из-за миграционных потоков, - цитирует заведующего кафедрой Василия Мархинина Ura.ru. - Массовая миграция осложняет криминогенную обстановку. Между кавказскими народами начинается жесткая конкуренция за рабочие места, идет борьба за бизнесы и сферы влияния. Мы спрашивали наших респондентов - что же делать? И практически все указывали на то, что необходимо ограничить миграционные потоки и усилить контроль как на уровне миграционных служб, так и на уровне УВД».

Жители нефтяного Ханты-Мансийского автономного округа открыто и с возмущением обсуждают проблему межэтнических конфликтов – таковых с начала года уже несколько. Между тем, правительство ХМАО не может ответить. Не считать же, в самом деле ответом максимально общие фразы вроде «содействие национально-культурным автономиям, религиозным организациям, иным общественным объединениям в подготовке и проведении мероприятий, направленных на развитие межнационального и межконфессионального диалога и сотрудничества» (цитата из регламента одного из заседаний, посвященных проблеме). «Если раньше можно было решать целый комплекс проблем со старейшинами, с уважаемыми людьми, то сегодня такой гарантии нет», - сокрушается Наталья Комарова в уже упомянутом нами интервью.

Реально ли решить миграционные проблемы на региональном уровне – сложно сказать. Однако общественный запрос на такое решение игнорировать вряд ли получится.

Жилищная политика

Жилье – самый актуальный в регионе вопрос. Чрезвычайная ветхость жилого фонда, патерналистские настроения жителей и повышенные социальные обязательства правительства ХМАО – три кита, на которых стоит жилищная проблема. Например, в очереди на получение жилья на условиях социального найма стоит почти 50 тысяч семей — бюджетники, балочники, те, кто живёт в аварийных, ветхих и фенольных домах. В последние несколько месяцев жилищная проблема особенно обострилась: люди, отчаявшиеся ждать переселения, попросту выходят на улицы (Когалым), едут жаловаться полпреду (Нижневартовск) или даже грозятся голодовкой (Советский). Отдельно стоят проблемы т.н. «обманутых дольщиков» - эти масштабные социальные обязательства окружной бюджет взял на себя добровольно, но пока что весомых политических дивидендов они главе региона не принесли.

Понятно, что в риторике губернатора жилищная проблема занимает не последнее место – Наталья Комарова, хоть и не избиралась населением ХМАО, все-таки политик с определенным электоральным опытом. Однако риторика – это еще не все. Как следует из материалов к докладу губернатора, представленных на ее сайте, нацпроект «Доступное и комфортное жилье – гражданам России» в 2011 году оказался самым провальным. Его исполнение составило лишь 87,2%, неизрасходованными остались больше 5 млрд рублей.

Уже притчей во языцех стал срыв планов по вводу жилья в регионе. Планка в 1 млн. квадратных метров, принятая правительством, не была достигнута: ввод жилья даже по официальным данным составил лишь 71,2%. Для сравнения: министр строительства Свердловской области Михаил Жеребцов подал в отставку за неисполнение аналогичного показателя – в регионе было построено 90% от плана. Сейчас правительство говорит о том, что искомый миллион квадратных метров все-таки будет построен в 2012 году, но у аналитиков и эти планы вызывают скепсис.

Тормозились правительством и ипотечные программы. Так, первые несколько месяцев 2011 года Ипотечное агентство Югры не принимало заявки потенциальных участников. Дело в том, что целевая программа "Улучшение жилищных условий населения ХМАО-Югры" на 2005-2013 годы и на период до 2015 года" была принята правительством за считанные дни до нового года. Сопутствующие НПА – в частности, порядок предоставления этой формы государственной поддержки – проходили согласование еще около двух с половиной месяцев.

Бюджет

Наталью Комарову принято рисовать как прагматичного политика – рациональная риторика лишь способствует этому. Однако успешна ли она в вопросах наполнения бюджета? В конце концов, все проблемы автономного округа упираются в первую очередь в финансы.

Одну из первых попыток существенно повысить платежи в бюджет Наталья Комарова предприняла за счет нефтяных компаний – попытавшись отменить льготу по налогу на прибыль, которой они пользовались до того. Соответствующие поправки в закон правительство Югры не без боя провело через окружную Думу, несмотря на солидное лобби нефтяников. Однако те усилили давление, и уже взятый бастион пришлось постыдно сдать: в новой версии закона правительство расширило основания для применения льготы – по сути, вернувшись к предыдущей версии закона.

Изрядным источником наполнения бюджета в 2011 году должна была стать приватизация имущества, принадлежащего правительству округа – от продажи планировалось выручить 6,8 млрд. рублей. Однако департамент по управлению государственным имуществом выполнил план приватизации только на треть. В частности, не были проданы такие дорогостоящие предприятия, как фармацевтический завод «Юграфарм», пять сельхозактивов и оставшийся пакет Ханты-Мансийского банка. Властям удалось приватизировать только «Югрател» - его приобрела компания «Мегафон» за 2,4 млрд рублей.

Наконец, лоббирование бюджетных интересов округа на федеральном уровне тоже не задалось. На последнем заседании думы округа депутат Госдумы РФ Михаил Сердюк заявил, что из-за введения переходного периода на перераспределение налоговых поступлений от ОАО «Газпром» и других компаний при создании консолидированных групп налогоплательщиков округ не получит от 25 до 30 млрд. рублей. Согласно поправке, принятой депутатами Госдумы, к новой налоговой схеме будут переходить постепенно в течение пяти лет. Михаил Сердюк проголосовал против данной поправки, но коллеги из других фракций, представляющие интересы жителей округа в Госдуме, его не поддержали. Вопрос, почему правительство округа не провело работу со «своими» депутатами, остается открытым.

Аудит

Сильные стороны Натальи Комаровой – зеркало недостатков ее политики. Так, недоверие к сложившимся институтам управления в округе заставило ее провести аудит «наследия Филипенко». Наследие оказалось с изрядными сюрпризами: например, в Фонде поколений Югры и Ханты-Мансийском негосударственном пенсионном фонде обнаружились существенные проблемы, связанные с неэффективным использованием окружных средств. Суммарные потери были оценены в несколько миллиардов рублей. Не будь аудиторской проверки – возможно, потери были бы выше.

Как бы то ни было, двухлетнее губернаторство Комаровой хорошо хотя бы тем, что сменило собой двадцатилетнее правление Александра Филипенко – по-своему прекрасное, но несущее в себе все признаки застоя. Патриархальный регион мобилизовался и начал худо-бедно отвечать на вызовы времени – это ли не благо? Исчез довольно популярный миф о том, что целый округ существует по воле лишь одного человека. Кто бы ни пришел на место Комаровой – ему, несомненно, будет легче, чем ей.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter